Наталья Хацкина, геолог, увлекается лошадьми

— Наталья, что вы делали до того, как у вас появилась своя конюшня?

— По образованию я геолог со специальностью «Геологическая съёмка». Это самая первая стадия геологоразведочных работ, предшествующая непосредственно поискам полезных ископаемых. Геологи идут по земле и «рисуют» геологическую карту...

Ещё в школе я ходила на секцию конного спорта, и уже тогда появилась мечта работать с лошадьми. В то время учиться на профессию такого плана можно было только в Тимирязевской академии на отделении коневодства, но поступить туда было почти нереально. К 10 классу я слабо себе представляла, куда именно хочу. Биофак был невозможен из-за уровня знаний по математике и биологии. Как-то раз ко мне в гости приехала подружка Ленка и стала взахлёб рассказывать об институте, в котором учился её дядя – геологоразведочном. Там на дне открытых дверей мы увидели толпу весело вопящей молодёжи с гитарой и невероятной атмосферой.  Я плохо понимала, что такое геология, но все увиденное пленило меня, и я поступила. Окончательно я поняла, куда попала, только к весне первого курса. Мы стали ездить на карьеры и искать минералы, отколачивая их молотком — тут всё и связалось воедино.

После окончания института мне посчастливилось поработать в Таджикистане и на Камчатке. Съёмка – очень интересная работа: геолог идёт по тайге, по местам, где никто не ходит кроме охотников, оленеводов и медведей. Описать словами человеку, который там не был — просто невозможно. Получаются только восклицания: «Там так здорово! Тундра! небо! медведи!, грибы растут прямо в палатке!». Это ощущение, когда природы так много, она на тебя наваливается, и ты ощущаешь себя в ней органично. Ты ловишь всё – звуки, запахи, дыхание, ветер. Это, конечно, повлияло на тот образ жизни, который я веду сейчас. Ведь возвращаясь из таких мест, быстро начинаешь по ним скучать.

— Когда у вас появилась такая любовь к лошадям?

— Увлечение лошадьми началось ещё со школы. Моя подружка прекрасно рисовала лошадей — она заполняла ими все альбомы, а я смотрела и понимала, что это удивительно прекрасные, сказочные существа. Тогда я даже не мечтала, что буду с ними рядом. В то время можно было разве что сходить на занятие на ипподроме, но это была целая эпопея – сейчас даже странно говорить об этом. Мы вставали в 5 утра, чтобы сесть на первый поезд метро, успеть доехать, дойти и встать в огромный хвост очереди, чтобы получить билетик на разовое часовое занятие. И ты никогда не знал, хватит на тебя билета или нет. Я ездила несколько раз, но в саму секцию попасть так и не удалось. Через какое-то время моя бабушка помогла устроиться в прокатную группу в Битце (конно-спортивный комплекс в Москве). В этой группе была «сборная солянка» из детей, которые очень хотели ездить на лошадях, но по каким-то параметрам не проходили в спортивную группу — туда набирали только маленьких и поджарых, а предпочтение отдавали мальчишкам.

В институте я продолжила заниматься в конной секции, а потом была связана с лошадьми и на работе. Даже руководила перегонной группой —группа рабочих, кто перегоняет лошадей на базу геологической партии в тайге, куда основной состав добирается на вертолётах. Лошадь в геологии в те годы — средство передвижения, но со своей головой и здоровьем. Некоторые эпизоды того времени мне сейчас кажутся абсолютно фантастическими –  сплошной экстрим и адреналин. Например, момент, когда связка лошадей валится с крутого обрыва, превращаясь в клубок ног и голов… Или проваливается в болото по самые уши и у тебя немного времени спасти ее…

За всё время дружбы с лошадьми я поняла, что это очень пластичное животное — её можно научить. Ведь лошадь изначально не привыкла к тому, чтобы ее объезжали. Как-то раз у нас был жеребчик, который знал людей, но не был объезжен. Мы его приучали к упряжи, седлу, к командам и азам для езды верхом. Я не была профессионалом, но знала кое-что неведомое профессионалам в силу того, что я попадала с лошадьми в очень разные моменты: видела, как лошадь прячется за спину человека, как вдруг самая дикая из них начинает доверять, потому что чувствует в человеке защиту от тайги, где ходят медведи.

— Что вам больше всего нравится в общении с лошадьми?

— Понимать. Их психологию, их здоровье. Ну и, конечно же, быть с ними рядом. Это невероятные животные. Я очень их люблю. Там, где есть животные, никогда не заскучаешь.

— Как семья относится к вашему увлечению? 

— Теперь у нас своя конюшня, крестьянско-фермерское хозяйство. И мой муж – зачинщик этой истории. Я хотела лошадь, а теперь у нас их много. Мы сделали для этого очень многое: нашли землю, построили хозяйство, привозим лошадей, заботимся о них, объезжаем, привлекаем лучших людей для работы с ними. Пусть иногда методом проб и ошибок, зато сейчас на месте, где было пусто – поля, по которым могут скакать наши лошади, деревья, которые мы посадили, наши дети и друзья, которые тоже очень любят всё, что мы делаем. Для нас с мужем это кусок природы, который мы оставили для себя и пытаемся сделать его ещё лучше. Здесь с лошадьми можно чувствовать себя совершенно свободно, как дома.

— Какой совет дадите читателям блога?

— Надо идти навстречу своим самым сумасбродным мыслям и не бояться их реализовывать. И обязательно брать ответственность за то, что воплощаете. Что-то новое будет каждый день, каждый месяц и каждый год. Жизнь — в поиске решений и в движении вперёд. 

 

Автор: Дарья Брызгалова
Фотограф: Евгений Коновалов

Поделиться